Г. Абайдулов. Не родись красивым


Четвёртый очерк о мужском классическом танце будет посвящён сатирическому танцу, мастером которого был советский и российский танцовщик Абайдулов Гали Мягазович.


«Зачем вы, девочки, красивых любите?»

Пусть и не красавец

И вот зачем вы, девочки, красивых танцоров любите? Всё то им принцев Зигфридов подавай — чтоб был стройный, высокий, белокурый аристократ с голубыми глазами.

А ведь муж достойный — это не всегда красавец. В балете есть место не только златокудрым гиперборейцам с аполлоновским телосложением, но и мужичонкам без комплекции греческого божества — маленьким, с непропорциональным сложением и плешью не голове. Надо ж кому-то и смешных или сатирических персонажей воплощать.

Сатира и балет взаимосвязаны между собой гораздо больше, чем может показаться на первый взгляд. Эту тему мы ниже и рассмотрим. И, как и в предыдущих очерках, мы будем рассматривать и эту тему через призму принципов историзма.

Гали Абайдулов
Гали Абайдулов

Танцующая сатира

Общеизвестно, что классический танец берёт свое начало в античных танцах. Древние греки танцевать любили, танцы входили в число обязательных образовательных дисциплин для свободного гражданина, и даже Сократ брал уроки орхесографии (учения о танцах) у античных хореографов. В общем, жизнь у древних была сплошное сиртаки, не то что ныне.

Танцующие сатиры
Танцующие сатиры

Танцев античные греки наизобретали много. Исследователи античности, как, например, Луи Сешан, делят всё многообразие античных танцев на следующие категории: танцы военно-ритуальные и образовательные, танцы культовые, танцы оргиастические, танцы общественных празднеств, бытовые танцы, танцы театральные. Современный классический танец вышел из танцев театральных, которые в свою очередь делились согласно жанрам: танцы трагедии, танцы комедии и танцы сатирической драмы.

Но при этом, самое смешное это то, что весь наш такой возвышенный современный балет с принцами Зигфридами, Одеттами и лебедями своим истоком имеет не танец благородной античной трагедии, а танцы сатиров из сатирических представлений о сермяжной стороне жизни человечества. Другими словами, когда б вы знали, из какого сора, вырос балет, не ведая стыда! Именно в среде сатирического танца, часто весьма неприличного и непристойного по содержанию, последовательно развивалась техническая составляющая танца, называемого сейчас классическим.

Классический танец — это танец виртуозный, искусный, профессиональный, который в обязательном порядке требует от танцора такого качества как вывортность ног. Потому что без этой выворотности невозможны многие танцевальные па. И благородные учёные мужи и дамы, пересмотрев оставшиеся с древности черепки с рисунками танцующих древних греков, пришли к заключению, что значительное большинство фигур, танцующих выворотно, изображают именно сатиров. Такова сермяжная историческая правда.

То есть современный изящный балет призошёл в эпоху эллинизма из театра низового, ремесленного, который заказывали аристократы себе на потеху и часто заканчивавшегося, что называется, «холостяцкой попойкой». То есть тем, что, например, представляет из себя первый акт «Лебединого озера», где как раз и показана эта самая холостяцкая пьянка. Прощающийся с холостой жизнью принц Зигфрид сам практически не танцует, а только ходит туда-сюда и, как и положено благородному аристократу, изящно поднимает и опорожняет кубки с вином. А основная мужская виртуозная партия первого акта принадлежит шуту, который между делом не забывает ещё и поглумиться над наставником Зигрфрида.

Шут
Шут

Конечно же, ныне мы в большей степени привыкли к доминированию балетов благородных, романтических, героических и интеллектуальных. Однако и сатирический танец — это не только неотъемлемая часть танцевальной классики, но и, надо помнить, исторически он — её родоначальник.

Смешной он

Сейчас амплуа сатирического танцора — редкость. Красивых много — смешных мало. Вот таких, как Гали Абайдулов, окончившего в конце 70-х Ленинградскую академию балета имени А. Я. Вагановой, и проявившего дар комического танцовщика в теле-балете «Анюта».

«Анюта» — фильм-балет 1982-го года выпуска на музыку Валерия Гаврилина. Либретто к фильму создал режиссёр многочисленных телевизионных спектаклей советского и российского телевидения Александр Белинский в соавторстве с глыбой и столпом русского балета Владимиром Васильевым.

Надо сказать, что содружество русского кинематографа и русского балета имеет очень давнюю историю. Насколько я знаю, самый первый фильм-балет в истории кинематографа с участием классических танцовщиц был снят именно в России в 1908 году. А «Анюта» интересна тем, что это в первую очередь именно кинематографическое произведение, а не просто перенос спектакля со сцены на экран.

И, самое главное, фильм-балет создан по мотивам творчества А. П. Чехова — рассказа «Анна на шее». Это история, если говорить о ней балетным языком, о том, как 18-летняя девушка Анна, вышедшая по обстоятельствам замуж за 50-летнего чиновника Модеста Алексеича, превращается из скромной трепетной Одетты в светскую львицу Одиллию.

«Анна на шее» — это рассказ не юмористический и относится к поздним «пронзительным» рассказам Чехова. Но, если говорить, о юморе Чехова, который написал много фельетонов и юморесок, то Чехов был не столько жанровым юмористом-сатириком, сколько юмор, ирония были качеством и стилем его мышления. А фильм «Анюта» и задумывался Белинским как попытка именно передать это самое настроение чеховского творчества, а не просто экранизировать отдельный рассказ. Поэтому логично, что образ Модеста Алексеича, которого танцует и играет в «Анюте» Гали Абайдулов, сатирический.

Согласно рассказу Модест Алексеич — муж достойный. И, как и всякий достойный муж, скакать и танцевать считает ниже своего достоинства. Разве что мужу достойному пристало в обществе принимать изящные и благородные статические позы — в зависимости от присутствия рядом начальства или подчинённых.

Абайдулов в образе Модеста Алексеича
Абайдулов в образе Модеста Алексеича

Однако бывают в жизни два события, когда любой достойный муж пускается в пляс — ну, хотя бы мысленно. Первый такой жизненный случай — это первая брачная ночь. Особенно если мужу за 50 лет, а его супруге — 18. Как тут не потанцевать от, так сказать, предвкушения? Ниже сцена перед первой брачной ночью, где Модест Алексеич неотразим в своих «подготовительных» танцевальных вариациях, и где Анюта, которую танцует Екатерина Максимова, ещё трепетная Одетта.

Скачать видео. Фильм-балет «Анюта». Фрагмент
Скачать видео. Фильм-балет «Анюта». Фрагмент

Второй случай, когда муж достойный начинает подпрыгивать в пируэтах — это когда случается какой-нибудь крупный гешефт. Например, получение правительственной награды, или — крупного гранта из какого-нибудь зарубежного фонда, или — митры от правящего архиерея, или — крупного заказа на лесопилку от губернского руководства и т.д. В случаях большого гешефта, как говориться, танцуют все — и стар и млад.

Ниже сцена из балета, где Анна уже светская Одиллия, благодаря красоте которой Модест Алексеич получает вожделённый орден святыя Анны второй степени. Радость чего и нашла здесь своё выражение не только в сольной свистопляске Модеста Алексеича, но и в кордебалете подчинённого ему, как принято сейчас говорить, офисного планктона.

Скачать видео. Фильм-балет «Анюта». Фрагмент
Скачать видео. Фильм-балет «Анюта». Фрагмент

Так что танцы Абайдулова в «Анюте» — это даже не столько образ какого-то конкретного чиновника конкретной эпохи, сколько сермяжная правда о сути любого достойного мужа.

Ⓜ ⬇ 09-02-2014