«Вероника» М. Богдановича, «Песняры» и А. Пушкин


Песню «Вероника» на стихи Максима Богдановича в исполнении ВИА «Песняры» знают и любят многие. Многие хотели бы глубже постичь очарование и смысл этого шедевра белорусской любовной лирики. И постичь глубже эту песню поможет А. С Пушкин. Равно как и «Вероника» поможет что-то по-новому понять у Пушкина.


Любимая «Вероника»

Белорусский язык обычно понятен русскоговорящему человеку без посредничества переводчиков. Иначе бы не были так любимы на всём русскоговорящем пространстве песни на белорусском языке в исполнении ВИА «Песняры» — это «Александрина», «Серёжки», «Звезда Венера», «Ты мне весною приснилась», «Вероника» и другие. Если б это было не так, то вряд стал бы белорусским песняром Владимир Мулявин, — художественный руководитель ВИА «Песняры», — который не был по национальности белорусом.

Тем не менее, многим хотелось бы услышать переводы этих песен на белорусском языке, которые исполняли «Песняры», и которые стали классикой любовной лирики везде, где есть русскоговорящая аудитория.

Легко понять такое желание услышать перевод, который раскроет не только общий смысл песни, но и более глубоко откроет тайну волшебства белорусской любовной лирики.

Особенно много переводов на русский язык у песни «Вероника». Несмотря на то, что сейчас переводы «Вероники» легко найти в интернет, люди продолжают переводить «Веронику». Как будто они хотят, чтобы был их собственный личный перевод, потому что в этой песне есть что-то личное, особенное, своё для каждого переводчика. Или же они в этой песне чувствуют общее родство белорусской и русской поэзии. Думаю, что верно и то и другое.

Слова песни «Вероника» — это финал и эпилог поэмы «Вероника» белорусского поэта Максимально Богдановича. Эту поэму Богданович написал, живя в сельской местности Ракутевщина, около Молодечно, а потом в 1913 году опубликовал в своём единственном прижизненном сборнике «Венок».

Этот эпилог «Вероники» Богдановича был опубликован отдельным стихотворением, на которое в 1974 году белорусский композитор Игорь Лученок сочинил музыку, и которое стало песней, замечательно исполненной Леонидом Борткевичем и ВИА «Песнярами».

Рис 1. ВИА «Песняры»
Рис 1. ВИА «Песняры»

♫♫ Звукозапись — Песня «Вероника». Слова: Максим Богданович; музыка: Игорь Лученок; ВИА «Песняры», солист Л. Борткевич

Ну что, брат Пушкин? -Да так, брат Богданович!

Максим Богданович прожил очень короткую жизнь — всего 25 лет с 1891 по 1916 год. Тем не менее, значимость Богдановича для белорусского языка точно такая же, как и значение Пушкина для русского языка. Это классик белорусской литературы.

Мало того, особенность творчества Богдановича в том, что природа его вдохновения родственна вдохновению Пушкина — дух творчества Богдановича такой же светлый, живой и ясный. В поэме «Вероника» это сродство гениев даже подчеркнуто самим поэтом.

Рис 2. Максим Богданович. Скульптура. Минск
Рис 2. Максим Богданович. Скульптура. Минск

Рис 3. Александр Пушкин. Скульптура. Минск
Рис 3. Александр Пушкин. Скульптура. Минск

Строфа «Онегина», строфа «Вероники»

В первую очередь легко увидеть подобие пушкинского «Онегина» и «Вероники» Богдановича в стихотворной форме. Как и «Онегин», «Вероника» написана четырехстопным ямбом. Строфа у Богдановича в «Веронике» является половиной пушкинской строфы в «Онегине» с модификацией порядка рифм в первом четырёхстишии. Такое «упрощение» формы строфы у Богдановича по сравнению с пушкинской можно объяснить тем, что повесть по сравнению с романом — тоже более простая художественная форма. Сравните для примера первые строфы романа в стихах Пушкина и повести в стихах Богдановича.

«Онегинская» строфа у Пушкина, порядок рифм: ababeecciddiff

Мой дядя самых честных правил,
Когда не в шутку занемог,
Он уважать себя заставил
И лучше выдумать не мог.
Его пример другим наука;
Но, боже мой, какая скука
С больным сидеть и день и ночь,
Не отходя ни шагу прочь!
Какое низкое коварство
Полуживого забавлять,
Ему подушки поправлять,
Печально подносить лекарство,
Вздыхать и думать про себя:
Когда же черт возьмет тебя!

Строфа у Богдановича в «Веронике», порядок рифм: abbacc

Я на душы васковай маю
Жыцьця мінулаго печаць: —
Схачу свой вольны верш пачаць, —
І ўраз пра прошлае згадаю;
У даль вядуць мяне сьляды
Да вас, дзіцячые гады.

«Я вам пишу...»

Поэма «Вероника» рассказывает о светлых днях юности, о первой любви — любви безответной. Поэма посвящена «А. Р. К» — Анне Рафаиловне Кокуевой — безответной любви молодого поэта. Сравните с «А.К.» Пушкина — Анной Керн.

Свою поэму Богданович называет «рассказом в стихах». Вот как Пушкин своего «Онегина» назвал «романом в стихах». В главном женском образе Веронике не трудно разглядеть черты Пушкинской Татьяны.

І змалку шчыра палюбіла
Хавацца ў сад стары яна,
Дзе веяло дыханьне сна
...
I забывала Веранiка
Мiж зёлак з кнiжкай аба ўсём…

Основная фабула «Вероники» — это письмо. Только это письмо пишет не сама Вероника, как Татьяна — главному герою пушкинской поэмы. У Богдановича главный герой пишет письмо Веронике.

Яж сам скажу йшчэ тое толькі
Што к Вэроніцы твор паслаў
І млеў, і ўсё адказ чэкаў.

И, как у Пушкина, в ответ отказ. Только Вероника у Богдановича отказывает так, что главный герой повести отнюдь не убивается этим отказом.

Все эти параллели с Пушкиным Богданович делает намеренно. Этим он подчёркивает одинаковую с Пушкиным литературную, поэтическую традицию.

При этом «Вероника» не является подражанием «Онегину». «Вероника» Богдановича созвучна «Онегину» Пушкина по мироощущению. Можно даже считать «Веронику» ключом к Пушкину, новым открытием Пушкина, который сейчас для многих современников почему-то «забронзовел».

Ключ к «Онегину»

Например, свою поэму Богданович делает также намеренно незавершённой, как и незавершён пушкинский «Онегин». Повествование «Вероники» в конце обрывается и завершается эпилогом, в котором герой уже через много лет возвращается на места событий, и только вырезанное на стволе липового дерева имя любимой напоминает ему о прошлом.

У Пушкина нет эпилога к «Онегину». Но похожий, созвучный по чувствам эпилог и тему возвращенья можно представить и для пушкинского «Евгения Онегина». Потому что все мы рано или поздно возвращаемся или хотя бы стремимся возвратиться в памятные для себя места. И эта тема возвращенья звучит у Пушкина тоже — хотя не столько в отношении к Онегину, сколько в отношении Татьяны.

А мне, Онегин, пышность эта,
Постылой жизни мишура,
Мои успехи в вихре света,
Мой модный дом и вечера,
Что в них? Сейчас отдать я рада
Всю эту ветошь маскарада,
Весь этот блеск, и шум, и чад
За полку книг, за дикий сад,
За наше бедное жилище,
За те места, где в первый раз,
Онегин, видела я вас,
Да за смиренное кладбище,
Где нынче крест и тень ветвей
Над бедной нянею моей...

Люди делают переводы «Вероники»

Тема возвращения к самому первому, самому важному в жизни и заставляет, наверное, людей переводить «Веронику», как тянет людей на свои собственные памятные «сялiбы».

Например, вот свеженький перевод «Вероники» 2014 года (pdf). Сто лет прошло с тех пор, как была опубликована поэма «Вероника». Вот ещё перевод (pdf). Вот ещё один перевод (pdf). Не стоит иронизировать над уровнем этих переводов.

Из переводов, созданных профессиональными литераторами можно посмотреть перевод Бронислава Спринчана (pdf).

Перевод Геннадия Римского

Ниже перевод Геннадия Римского. Геннадий Римский (1936, Сталинград — 2000, Минск) — русский белорусский учёный в области технической кибернетики, поэт, переводчик, доктор технических наук, профессор, член-корреспондент Национальной академии наук Беларуси, член Белорусского литературного союза «Полоцкая ветвь». В 1998 году в Москве вышла его книга «Белорусская лирика XIX-XX веков в переводах Геннадия Римского». Оттуда и перевод эпилога «Вероники».

Увидел вновь края родные,
Где годы первые прошли:
Там стены мхом уж поросли,
На стеклах — радуги чудные.
И все в пыли. Так стало мне
Печально, грустно в тишине.
Я в сад пошел… Все глухо, дико,
И все травою заросло.
Что было раньше, то прошло,
И только росчерк «Вероника»
На липе, врезанный в коре,
Мне говорил о той поре.
Расти же, наливайся, древо,
Как монумент живой вставай
И к небу надпись поднимай.
Извечна истина напева:
Чем дальше даль уходит дней,
Тем имя милое родней.

~~~

P.S. В Минске я как-то наткнулся на переулок Степной, где всё как в песне «Вероника». Это несколько старых заброшенных усадеб, которые скоро снесут, и где «стены мхом уж поросли, на стеклах — радуги чудные». И возле одного из домиков огромное липовое дерево. Говорят, этой липе на переулке Степной в Минске больше пятисот лет. Вполне возможно кто-то когда-то давно на коре этого липового дерева тоже врезал «имя милое».

Рис 4.
Рис 4.

Дополнительные материалы:

Ⓜ ⬇ 2016-09-09